«Нехорошо!», или Поэма о лживом бремени

16 декабря 2018 14:24 Просмотров: 220 # Прокомментируй Печатная версия
«Нехорошо!», или Поэма о лживом бремени

Вся Украина сегодня покрыта сетью билбордов, на которых красуется порошенковская триада – армія, мова, віра. Но за этими словами, якобы символичными для курса президента, нет никаких достижений. И вообще нет ничего, кроме пропагандистской лжи и отчаянного желания Порошенко сохранить свою власть ещё на один срок.

Из ленты новостей.

Кто сказал, что земля умерла?
Нет! Она затаилась на время.

Владимир Высоцкий.

1.

Время – вещь

                  необыкновенно длинная.

Эпохи имеют запах

                       (хоть расцвета, хоть дикости).

Нынче несётся над бедной

                                      Украиною

Запах нехороший –

                             жадного кондитера.

И вот вам, друзья, история

                                        для примера.

Жить в бреду, поди,

                                не привыкли ещё?

Из каждой подворотни несётся:

                                      «Армия! Мова! Вера!»

Киев замер, билбордами растоптанный и

                                                        утыканный…

2.

Люди! Киевляне! Что это?

                                    Ответьте мне непременно!

Словес шелуха на морозе

                                       кружѝт и стынет.

– На второй срок собрался

                                         кондитер хренов!

– Я б ему отмерил срок

                                   пожизненный!

Встречаю одноклассника.

                              Полковник в отставке.

Зашли в кафе. Взяли чаю

                                        и водки по̀ сто.

Армия, говорит, не нужна

                                Порошенке нисколько!

Ему бы выборы отменить,

                        тут всё исключительно просто.

Пугалки-дурилки,

                    ах, военное положение!

Морская мощь!

                Всюду липа и разводилово.

Подошли два ветерана АТО

                                  с предложением –

Выпить.

      Выпили молча.

                             Говорят: «Удавили бы!

За море брехни,

                       за вечное: «Мы патриоты!»,

За притворно-восторженное:

                                       «Да ты шо!»,

За то, что держат

                            за баранов и идиотов!

– Да, братцы, врать нехорошо.

              – Знал бы ты, брат, как нам нехорошо!

3.

Долго потом ходил

                          неприкаянно.

Крещатик. Печерск.

                           Зашёл в супермаркет.

Девчушка на кассе

                            старается отчаянно:

– Доброго дня!

                       Встромляйте вашу картку!

Державной мовой

                           обслужить обязана,

А ротик у самой к держмове

                                 неприспособленный.

Толпятся у кассы

                     Украины граждане,

Вздыхают понимающе:

                           «А що поробиш тут?»

– А по-русски можете? – спрашиваю

                                                у девочки, –

Родную речь забываете

                                      напрасно.

А девушка шепотком отвечает,

                                          в распевочку:

– Здесь Ницой где-то бродит.

                                    Кусается ужасно!

Тут очередь заговорила.

                                 И все по-русски!

– Заткнуть бы ему поглубже

                                        эти билборды!

Сам же дома, притворщик

                                   гнусный,

Говорит на русском,

                        кондитерская морда!

– Вон опрос проводили

                          в нашем подъезде.

Конечно, в душе были все

                                       за двуязычие!

Но во время опроса

                       страх и трусость полезли.

И всё равно половина призналась –

                                              русский привычнее!

– А я лекарства читал

                              инструкцию,

А там на держмове:

                      «Прийняти натщесерце».*

Перевести не могу!

                    Чую, придётся загнуться мне!

Пока искал словарь,

                          чуть не вылетело сердце.

– Значит, «мова, армия, вера»,

                                 вам, как говорится, не зашло?

– Да ясное дело! Особенно,

                                 если тычут ежеминутно!

– Но ведь врать и выкручиваться

                                             нехорошо?

– Понятно, что нехорошо.

                     Но второго срока желает хунта!

4.

А я по Владимирской иду,

                                        по снегу.

Андреевская высится,

                              лазурью синея.

Тяжело от подлого времени

                                             бега.

Вот уж Андреевскую

                           отдали Варфоломею.

Ещё Петюня обещал

                            храмов двадцать,

А взамен только просит

                             липовой автокефалии.

И всё ради срока второго,

                           чтобы грабить остаться.

Бывают же времена с запахом

                                          фекалий!

А сам-то Варфоломеюшка

                                 тоже, видать, бизнесовый.

Ему обмануть, что два пальца

                                           отморозить.

– Поместности возжелали?

                  Да что вы, славяне, что вы!

Почила ваша поместность

                                          в бозе.

Главного кидальщика

                         кинул патриарх-то!

И поделом! Зачем в Церковь

                                 полез, шоколадный?

– Да мне б от тюрьмы

                             спрятаться как-то!

Мне, говорит, срок второй

                                   очень надо!

– А то, что в церкви твоей

                       придуманной, подобно  фейку,

Еретики заголосят в фело̀нях **

                                        надетых, как мешок?

– А нам, кондитерам, что Филарет,

                                       что Варфоломейка.

Нам бы срок…

               – Нет, болезный,

                          Богу-то лгать нехорошо!

5.

Скольжу по спуску Андреевскому.

                                           Ниже, ниже…

Домик Булгаковский. И вдруг,

                                        как в тумане,

Михал Афанасьевич! Сам!

                                  Улыбается, вижу,

И говорит так буднично:

                           «Довольно странно.

Сто лет прошло, а запах

                                      прежний.

Пахнет горилкой, смазным сапогом

                                            и злобой».

А я отвечаю робко

                          в этой фантазии снежной:

– Хочу просить вас, пояснили

                                        мне чтобы,

В чём секрет притворства

                           в этой вечной оперетте?

Гайдамаки, майдановцы,

                               петлюры и яроши…

– Что ж, готов, дорогой,

                                вам ответить я.

Анекдот мне знаком.

                      Хоть, признаюсь, уж очень стар он.

Дело в том, что играют

                                 с чужими гостинцами

Здесь давно. И, гуляя холмами

                                          и спусками,

Притворяются «политическими

                                              украинцами»,

А, по сути, являются обычными

                                              русскими.

Вот от этой натужной,

                              притворной державности

(Всей подделке пошло уж

                                  второе столетие)

Имитация важности,

                               имитация справжності.***

– Н, а как в этом жить?

                             Умоляю, ответьте нам!

И в ответ Писатель,

                          из вечности прибывший,

Грозно глянул вокруг,

                                 и упали билборды все.

– Россия не может исчезнуть,

                                  быть выбывшей.

Сгинут бандеры,

                          кондитеры гордые.

А Россия жива и под тяжестью

                                   мерзостной.

Не может сломить её

                                  лживое бремя.

Глубокой рекой, среди

                                 хамства и дерзостей,

Россия течёт, затаившись

                                      на время.

* Прийняти натщесерце (укр.) – принять натощак.
** Фело̀нь – богослужебное облачение православного священника.
*** Имитация справжності (укр.) – имитация подлинности.

Художник – Илья ГЕЛЬД

Читайте также: Размещение рекламных статей, новостей и пресс-релизов на UkrDay.com


Тэги: юмор сатира приколы стихи выборы порошенко
Если Вы заметили ошибку, сообщите о ней, пожалуйста, редактору сайта

Комментарии:



загрузка...

Присоединяйся!

#

Новости партнеров

Видео

Все видео



Бизнес-инвестор Руслан Сухий о недвижимости миллиардера Оскара Хартманна

PlayStation устроила сразу несколько распродаж отличных игр

Супермост Филатова открыт досрочно!!!

Фото

Все фото



5ая международная логистическая конференция АСЕХ прошла на волнах Балтийского моря

Indian представил новые мотоциклы Scout Bobber20 и Scout 100th Anniversary

Бренды «Чернігівське» и «Село і люди» поддержали третий забег Legion Run Kyiv 2019

Анекдот дня

Корреспондент спрашивает директора сумасшедшего дома, какой тест является критерием для выписки.
Мы наливаем полную ванну воды, кладем рядом чайную ложечку и большую кружку и предлагаем освободить ванну от воды.
Корреспондент улыбается и говорит:
Ну, любой нормальный человек возьмет кружку.
Нет, говорит директор, нормальный человек вытянет пробку.

Все анекдоты

Что ещё почитать

ИНТЕРЕСНЫЕ НОВОСТИ

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ